ВЛИЯНИЕ МЫСЛИ НА ЧЕЛОВЕКА (АВГУСТ’15)

ВЛИЯНИЕ МЫСЛИ НА ЧЕЛОВЕКА

СИЛА МЫСЛИ И МЫСЛЕОБРАЗЫ.

Продолжение. Начало в июльском номере.

(избранное)

pisareva (1)

Автор: Е. Ф. Писарева

V

Одновременно с влиянием на самого себя мысль человека неизбежно действует и на других людей. Она может приносить им помощь или вред. Привычка к сосредоточению, умение строить ясные и отчетливые мысли может до чрезвычайности усилить наше влияние на других людей. Так, желая помочь страдающему другу, нужно отчетливо представить себе его облик и гнетущую его заботу; мысленно обращаясь к нему со словами утешения, ободрения или увещевания (смотря по характеру его настроения), можно самым существенным образом помочь ему, минуя его физический мозг и действуя сверху, с высшего плана, прямо на его ментальный проводник. В таком случае страдающий почувствует облегчение, не подозревая, откуда оно исходит.

Мало найдется людей, которые никогда не испытывали на себе такую налетающую волну облегчения, утешения и света.

Так же действует и мысль любви, мысль доброжелательства, направленная к определенному человеку; она остается вблизи от него в виде сильного мыслеобраза, защищающего от злых влияний. Мысль ободрения и успокоения действует умиротворяющим образом, создавая вокруг человека, к которому она была послана, атмосферу тишины и спокойствия.

Так же, как можно мыслью помогать нашим живым друзьям, можно помогать и “умершим”, и даже быстрее и действеннее, потому что между нашей мыслью и их сознанием нет тяжеловесных вибраций физического мозга. В том невидимом мире, куда перешли наши “умершие” друзья, любящая мысль действует как нежная ласка, как привет любви, посланный с Земли. Основатели религий, хорошо знавшие оккультную сторону жизни души, учредили молитвы об усопших с полным знанием всего значения этих невидимых взаимодействий.

Кроме мысленного влияния на определенных людей, которое нужно ясно отличать от внушения, действующего на волю людей и побуждающего их к тому или иному поступку, силу мысли можно употреблять с пользой для нашего развития во время сна. Человеку, умеющему сосредотачиваться, не трудно достигнуть этого: стоит перед засыпанием поставить перед собой, по возможности сформулировав ясно и отчетливо, ту или иную задачу, которую хотелось бы разрешить, но не рассуждать о ней, а только поставить; это даст определенное направление мысли засыпающего, и Мыслитель, освободившийся от физических ограничений, будет продолжать работать над ней, и возможно, что решение вопроса окажется после пробуждения запечатленным в мозгу проснувшегося. Весьма полезно иметь на этот случай около своей постели записную книжку, чтобы не упустить мысль, которая легко теряется под напором грубых физических вибраций.

Следует также упомянуть о воздействии коллективной мысли, сознательно направленной одновременно несколькими людьми на решение определенной задачи.

Сила такого соединенного тока мысли известна не только оккультистам, но и различным религиозным союзам и орденам, где еще сохраняется более глубокое знание внутренних процессов человеческой души.

А. Безант говорит об обычае в некоторых римско-католических монастырях: перед отправкою в языческую местность христианские миссионеры собираются в определенное время и, сосредоточенно представляя себе ту местность, куда должен отправиться миссионер, населяют ее мыслеобразами, выражающими догматы католической церкви. Этим подготавливается ментальная почва, если можно так выразиться, данной местности, и когда те же мысли облекутся в определенные слова, они будут легче восприниматься подготовленными таким образом умами.

Этим объясняется огромное влияние иезуитов. Этот орден обладал большими оккультными знаниями и, пользуясь ими, мог оказывать сильнейшее воздействие на сознание людей.

Здесь, мы подходим к противоположному полюсу силы мысли: насколько влияние доброй мысли может быть благодетельно, настолько же вредно может быть и влияние злой мысли.

Мысль может ранить так же, как она может исцелять, и приводить в тяжелое настроение так же, как и утешать.

Дурные мысли, выбрасываемые людьми в ментальную атмосферу, буквально заражают воспринимающие их умы, множество людей сохраняет в себе скрытые семена зла, которые могли бы умереть естественной смертью и не принести плодов, если бы чужая дурная мысль не разбудила их к жизни. Мысли гнева и мести могут натолкнуть раздраженного человека на убийство, мысли осуждения и клеветы вызывают нездоровую подозрительность в умах людей, незащищенных сердечной добротой, и они легко могут вызвать несправедливые нападения на невинного человека.

Ум, создающий злые мысли, действует на подобные же мысли, как магнит и, привлекая их к себе, живет в сгущенной атмосфере мрака и злобы. От дурной мысли до дурного поступка – один шаг, и дурное воображение вызывает стремление осуществить свои мысленные порождения.

Кроме того, допуская в свой внутренний мир дурные мысли, мы привыкаем к ним, и они постепенно теряют в наших глазах свой отталкивающий характер; понемногу мы начинаем приспосабливаться к создаваемой ими дурной атмосфере, как бедняки приспосабливаются к зараженному воздуху в плохо проветриваемых жилищах.

Сила злой мысли вообще велика, но она становится страшной, когда направляется обдуманно, с полным знанием ее оккультных законов. Предоставить эту силу во власть безнравственного или корыстного человека – это все равно, что вложить острый меч в руки сумасшедшего.

Мне вспоминается характерный случай, вызвавший несколько лет тому назад большое волнение в Москве.

По улицам Москвы стал расхаживать какой-то господин, занимавшийся тем, что делал различные внушения прохожим. Избрав молодую девушку, которая отправлялась в определенное время, вероятно, на свои занятия, он, проходя мимо нее, говорил одну и ту же фразу: “21-го января Вы умрете”. Перепуганная девушка перестала проходить по той улице, но это ее не спасло. 20 января она получила из цветочного магазина коробку, в которой находился венок из живых цветов с запиской: “Цветы на Ваш гроб. Не забудьте, что 21-го Вы умрете”. Девушка была так потрясена, что тут же упала замертво. Убийцу так и не нашли и, возможно, он до сих пор продолжает упражняться во зле.

VI

Действие силы мысли очень могущественно, и его можно с полным правом назвать магией. Но мы знаем, что есть белая магия и есть магия черная. Сила мысли одна и та же для добрых и для злых, как солнечный свет один и тот же для праведников и для грешников; разница в том, с какой целью употребляется эта сила. В этом кроется великая опасность преждевременного раскрытия перед неподготовленной толпой оккультных законов мысли.

В наше время появилось множество изданий, поучающих, как овладеть силой мысли и как направлять ее токи, чтобы добиться желательных результатов. Есть издательские фирмы, которые наживают деньги, играя на порочном любопытстве толпы. Например, американская фирма, распространяющая путем заманчивых реклам сведения о том, что “сила внутри нас”, и ее русские подражатели могут принести только один вред. В сущности, все эти рецепты: “как иметь успех в обществе”, как подвергать людей различным “внушениям”, как нарушать их покой пристально устремленным на них “магнетическим взглядом”, – все это преступное нарушение самого священного права человека, права на внутреннюю свободу, и если это не карается земными законами, то только потому, что преступления совершаются не в физическом мире, а в невидимой сверхфизической области. Зато в этой невидимой области все, использующие психические силы с корыстной целью, получают свое возмездие: они надолго задерживают свою эволюцию; и, кроме того, расстройство нервной системы и потеря равновесия являются неизбежным следствием неразборчивых “домашних” занятий оккультизмом. Эта неразборчивость сходна с тем, как если бы человека, не знающего химии, пустили в химическую лабораторию с правом производить наугад различные опыты. Опасность при этом так велика, что только глубокое невежество или преступная корысть могут вызвать решимость толкать неподготовленных людей на такой риск.

В сущности все эти рецепты: как искусственно развить ясновидение с помощью экранов и кристаллов, все эти амулеты и коллективное вымаливание земных благ за определенную плату, настоящая ЧЕРНАЯ МАГИЯ.

Читатели могут спросить: как же отличить черную магию от белой? Есть один признак, по которому можно безошибочно узнать примесь черной магии, в какие бы интеллектуальные или иные привлекательные формы она не маскировала себя, признак этот – ЛИЧНАЯ ВЫГОДА, КОРЫСТЬ.

Белая магия всегда сверхлична, она служит Общему Благу и ведет к Единству. Черная магия служит эгоизму и ведет к разъединению.

VII

Прежде чем завершить эти краткие рассуждения о силе мысли, следует еще упомянуть о значении сохранения энергии.

Человек, незнакомый с оккультной стороной умственных процессов, расточает силу своей мысли самым безумным образом; средний человек является творцом бесконечного количества ненужных волнений; он постоянно озабочен, удручен всевозможными тревогами, а между тем, эта озабоченность и эти тревоги нисколько не меняют течение его жизни; следовательно, они – лишние.

Но благодаря этому проводники его эмоций и мыслей находятся в постоянно возбужденном вибрировании, что не только преждевременно их изнашивает, но и влияет на окружающих, которым передается то же возбуждение. Это – одна из причин, почему тонко чувствующему человеку бывает так трудно оставаться в толпе, которая всегда окружена целыми тучами возбужденных вибраций всех родов, по большей части мелочных и бесполезных.

Еще одна форма неразумной затраты умственной энергии, постоянно встречающаяся среди европейцев, это – страсть к спорам. Большинство современных европейцев одержимы желанием убеждать всех и каждого в том, что их собственное мнение – самое верное. Более мудрые люди знают, что у истины столько граней, что каждое мнение может заключать в себе какую-либо часть той или иной стороны истины. Чем больше это сознаешь, тем меньше хочется спорить, и тот, кто спорит наиболее горячо и смело, знает обыкновенно меньше всего.

Оккультист, знающий закон сохранения умственной энергии, отличается спокойствием, ровностью настроения и такой властью над своими мыслями, что он умеет останавливать процесс мышления, когда считает нужным дать отдых своему мозгу. Вследствие этого он надолго сохраняет свежесть, и силу своего ума.

VIII

Теперь перейдем к объяснениям ясновидящих, как они видят возникновение мыслеобразов.

Каждая мысль порождает в материи ментального тела вибрацию, видимую для ясновидящего; перелив различных цветов, напоминающий сверкание солнечных лучей в струях фонтана, но несравненно ярче и красивее, характеризует эти вибрации. Это первый момент: сверкающая вибрация, порождаемая мыслью; далее, вибрирующее ментальное тело выбрасывает из себя частицы своей субстанции, последние притягивают к себе однородные частицы из окружающей ментальной субстанции, которая отличается необыкновенной пластичностью, и – образовавшийся мыслеобраз отделяется от своего творца и плывет в воздухе. Если это мысль, в которой преобладает желание или страстное начало, она облекается в мыслеобраз, который имеет своей наружной оболочкой астральную материю, душой же этой оболочки является породившее мыслеобраз желание. Сила такого рода мысли – в прямой зависимости от умственной энергии и от силы страсти, вызвавших ее к жизни. Оба рода мысли, и чисто интеллектуальную, и проникнутую страстным началом, можно сравнить с лейденской банкой, заряженной электричеством.

Разобраться в океане носящихся по всем направлениям, различно окрашенных, переливающихся всевозможными радужными оттенками мыслеобразов чрезвычайно трудно, и несомненно, что все попытки современных ясновидящих кладут только начало науке будущего, той науке, которая будет изучать высшие планы вселенной с помощью более тонких органов восприятия.

До сих пор ясновидящими отмечены три главные категории мыслеобразов<<*3>>:

  1. Первая – та, которая воспроизводит образ самого мыслителя: когда человек переносится мыслью в какое-либо место или сильно желает быть там, он создает мыслеобраз, появляющийся в местности, куда устремлено его внимание или его желание. Такие мыслеобразы принимают размер своего творца, и если сила мысли была велика, они бывают так отчетливы, что могут быть приняты ясновидящим за астральное тело человека.
  2. Вторая категория – это мысли, принимающие форму физических предметов. Сюда относятся также и образы тех людей, о которых думает мыслитель. Образы эти отделяются от него и несутся в пространстве; точно также и отображение комнаты, дома или пейзажа, о которых человек думает, носятся в пространстве, наполняя его движущимися живыми картинами и портретами.

III. Третья категория мысли принимает форму своеобразную, и оригинал этой формы нужно искать не среди физических предметов, а в невидимом астральном мире. В числе этих форм встречаются крылья, облака, цветы, конусы, стрелы, кресты и т.п. К этой третьей категории и принадлежат те рисунки, которыми г-н Ледбитер и А. Безант попытались передать мыслеобразы, наблюдаемые ясновидящими. Такие мыслеобразы встречаются почти исключительно на астральном плане, так как в огромном большинстве случаев они служат как выражением эмоций своего творца, так и его мысли.

Мысль, полная любви, сознательно направленная к любимому человеку, будет оставаться в ауре этого человека и охранять его благодаря тому, что она заряжена самым сильным и самым чистым из всех электричеств – электричеством любви, которое имеет свойство усиливать в человеческой ауре все благотворные токи и ослаблять все вредоносные.

Такая мысль любви может защитить человека от направленной на него злой мысли. Но во всех случаях, будет ли это мысль любви или мысль ненависти, – чтобы она возымела свое действие на того, к кому направлена, необходимо, чтобы в его ауре было нечто, способное вибрировать в ответ. Этим законом объясняется то явление, что дурные мысли и чувства, направляемые на человека праведного, не производят на него никакого воздействия; они просто не доходят до него. Но в силу другого закона, по которому каждая энергия должна израсходовать свое напряжение до конца, такие мысли, не находя себе доступа в точке, куда они были направлены, отскакивают от нее и возвращаются тем же путем к источнику своего порождения.

Мыслеобразы третьей категории можно назвать символическими. Сюда относятся и некоторые фотографические снимки, сделанные доктором Барадюком, о котором упоминалось выше; так, у него встречаются формы папоротника, которые, согласно его объяснениям, возникли под влиянием молитвы; другая молитва отразилась в виде высоко выброшенного водяного фонтана. Три человека, думавшие одновременно о соединявшей их привязанности, вызывали волнообразную ленту; глубокая грусть отразилась сильным вихрем и т.д.

Рядом с этими категориями мыслей, которые в той или иной степени проникнуты личным началом, существуют высокие сверхличные мысли, вызывающие совершенно иные вибрации в ментальной субстанции. Такие мысли вызывают в ней сильные волны, которые, расходясь, ударяют в ментальные тела людей и будят в них соответствующие душевные состояния; если ментальный проводник данного человека способен отвечать на все характерные свойства такой волны, то мысль, создавшая волну, воспроизведется в нем с совершенной точностью. Если же его вибрации не вполне тождественны, в таком случае влияние волны сохранится, но оно не будет столь определенным.

Возьмем, к примеру, горячо верующего католика из среды, где особенно силен культ Богоматери; преклоняясь перед ней в душе, он создает сильную волну благоговения, которая будет возбуждать на всем пути своего распространения совершенно аналогичное благоговение к Богоматери в ментальном сознании таких же католиков. Но та же волна разбудит в верующем индусе или магометанине благоговение, которое выльется в совершенно иную форму. А если такая волна заденет ментальный проводник материалиста, которому чуждо благоговение, она все же вызовет в нем мысль высшего порядка, так как заставит вибрировать наиболее тонкую субстанцию его ментального проводника.

IX

Из всего сказанного необходимо сделать вывод, насколько трудно передать мыслеобраз физическим способом. Первая трудность – та же, с какой приходится бороться каждому художнику, т.е. необходимость передавать в двух измерениях то, что требует трех измерений. Если бы на самую совершенную картину, изображающую, скажем, лес, смотрел человек, никогда не видавший живого дерева, он никогда не получил бы по рисунку правильного представления о дереве. Если же представить себе, что этот человек вообще не знаком с тремя измерениями, что он мыслит только в двух измерениях, тогда станет еще яснее, что он совсем не в состоянии представить себе по двумерному рисунку изображение незнакомого трехмерного дерева. Это рассуждение относится в полной мере к мыслеобразам, которые принадлежат к явлениям четырех измерений; если же прибавить к этому, что они видимы ясновидящему во всем блеске своих прозрачных световых красок и к тому же сильно вибрирующие, сверкающие и переливающиеся, как бы трепещущие избытком жизни, тогда станет понятно, что изобразить их тусклыми физическими красками на двумерном рисунке совершенно невозможно. Можно дать только намеки, которые изображение должно дополнить по указаниям ясновидящих.

Мысль, окрашенная одним цветом, встречается весьма редко, и это доказывает, что наши мысли никогда не бывают чистыми или простыми, что наши мысли складываются из нескольких слагаемых и в большинстве случаев имеют эмоциональные примеси.

Тем не менее ясновидящие пришли к выводу, что один и тот же цвет выражает одну и ту же категорию мыслей. Так, розовый цвет выражает любовь; если она чистая – цвет нежен, ярок и прозрачен; если же любовь смешана с эгоистической страстью, окраска мыслеобраза получает мутный и пятнистый оттенок. Это относится и ко всем остальным окраскам мыслеобразов.

Голубой цвет соответствует молитвенному поклонению,

желтый – интеллектуальности,

оранжевый – гордости,

светло-зеленый – симпатии,

но зеленовато-серый означает лживое настроение,

коричневато-зеленый с красными пятнами – ревность;

гнев и чувственность выражаются разными оттенками красного цвета,

раздражительность – мелкими красными пятнами по цветному полю,

мертвые сероватые тона выражают страх и уныние;

светлокоричневый – скупость,

серовато-коричневый – эгоизм;

злоба передается почти черным цветом;

лиловый цвет выражает духовность и бескорыстную преданность.

Сияние и чистота окрасок определяют размер и силу того чувства, которое вызвало мыслеобраз к жизни.

При изучении мыслеобразов следует иметь в виду три главных основных признака:

  1. особенности цвета мыслеобраза определяют качество мысли;
  2. форма мыслеобраза указывает на природу мысли;
  3. точность и определенность его очертаний свидетельствует о ясности мысли.

*1. Состояние материи, более тонкое, чем эфир носит в оккультизме название астральной материи, она служит проводником для наших эмоций и страстей еще более тонкая материя, ментальная, служит проводником для наших мыслей.

*2. Известный на Западе исследователь невидимых для глаза излучений, идущих от всех естественных предметов.

*3. Сведения эти взяты из книги ясновидящих Ледбитера и А. Безант “The Thoughtforms” (“Мыслеформы”).

Источник: http://www.magister.msk.ru/library/occult/pisare02.htm

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


*