СИЛА МЫСЛИ И МЫСЛЕОБРАЗЫ (ИЮЛЬ’15)

  СИЛА МЫСЛИ И МЫСЛЕОБРАЗЫ.

(избранное)

pisareva (1)Автор: Е. Ф. Писарева

Вся область мысли представляет собой подобного же рода невидимый потусторонний мир, окружающий человека. Но область эта не что-то отвлеченное, а реальный мир, управляемый такими же незыблемыми законами, как и мир физический. Мы соприкасаемся с физической материей непосредственно, но мы окружены со всех сторон сверхфизической материей, которая служит ее естественным продолжением и которая, все более утончаясь, становится пригодной для выражения уже не физических, а сверхфизических явлений. К таким сверхфизическим явлениям принадлежат наши эмоции, страсти и наши мысли.

Свет, теплота, звук – все это волнообразные движения эфира: вибрации света воспринимаются сетчатой оболочкой нашего глаза, вибрации теплоты – поверхностью нашего тела, вибрации звука – барабанной перепонкой нашего уха; бесконечно более быстрые вибрации мысли сообщаются нашему мозгу таким же естественным путем, как и вибрации света и звука, но здесь явления становятся настолько тонкими, что проследить их путем физического наблюдения становится уже невозможно.

Но если признавать Единство Жизни, совершенно неизбежно допустить, что такие же бесчисленные вибрации, какие передаются по всем направлениям волнообразным движением физического эфира, существуют и в тонкой среде сверхфизического или ментального мира<<*1>>, как его называют в теософической литературе: мысль возникает в человеческом мозгу, она направляет ток, достигающий другого мозга, ток этого другого мозга воспринимается третьим и т.д.; и мы не преувеличим, если представим себе все человечество соединенным между собой подобием огромной телеграфной сети, по которой безостановочно передаются токи мысли.

107085_tribune_vse_neobyasnimoe_i_neobychnoe

Передача мысли на расстоянии получила название телепатии, и она вполне доступна нашему контролю, но кроме того, мимо нас беспрерывно проносятся целые тучи мыслеобразов: иные – серые и ничтожные, иные – светлые и добрые, иные – заряженные завистью и злобой.

В “Голосе Безмолвия, древней мистической книге Востока, дается удивительно яркое описание мыслеобразов. Вот оно: “Прежде, чем идти далее, ты должен овладеть изменчивой игрой своего ума, победить полчища мыслеощущений своих, которые – непрошенные – коварно и незаметно проникают в Святилище души твоей. Если не желаешь пасть в борьбе с ними, ты должен обезвредить собственные создания свои, порождения мыслей своих, невидимые и неосязаемые вихри которых вьются вокруг рода человеческого. Те вихри – наследие человека и тленной природы его”.

Если мы представим себе сознание человека как бы аппаратом, воспринимающим бесконечное разнообразие всевозможных вибраций, порождаемых в физической среде светом, звуком, теплом и т. д., а в сверхфизической – эмоциями и мыслями, – вибраций, которые будят сознание и заставляют его вибрировать в ответ, мы будем иметь ключ к пониманию процесса эволюции человека.

Пока человек стоит еще на низкой ступени развития, немногие вибрации, и при том лишь наиболее грубые и резкие, достигают его сознания; по мере его развития количество вибраций, вызывающих ответные колебания в его уме, возрастает, и в то же время развивается и усовершенствуется физическое орудие его сознания, головной мозг: клетки серого вещества мозга умножаются, мозговые извилины увеличиваются, и если мы представим себе эти извилины в виде развернутой поверхности у дикаря, она будет безмерно меньше, чем у человека культурного. Что это значит? То, что поверхность мозга просвещенного человека воспринимает огромное количество всевозможных вибраций, которое безмерно превышает скудное число вибраций, соприкасавшихся с поверхностью мозга первобытного человека, иными словами, будивших в его сознании ответ.

По мере развития человека, вместе с количеством воспринимаемых вибраций, меняется и их качество. Все различие человека будущего от человека нашего времени состоит в том, что до сознания первого будут доходить тончайшие вибрации, идущие из высших миров, которые не могут быть восприняты сознанием современного человека.

Мы знаем физическую материю в различных состояниях: плотном, жидком и газообразном; подобная же градация состояний материи существует и в невидимых мирах; наиболее плотное состояние сверхфизической материи называется в оккультизме астральной материей. В покров из астральной материи облекаются наши эмоции, страсти и желания, и они же входят в состав большей части наших мыслей, так как большинство из них проникнуто страстным личным началом. У первобытного человека иных мыслей и нет; по мере расширения кругозора и развития нравственного начала мысли человека начинают очищаться от грубо эгоистических побуждений, и тогда они начинают облекаться в формы, построенные из более тонкого материала, более пластичного, способного служить проводником для более быстрых и энергичных вибраций. Чем чище мысль, чем меньше в ней астральных примесей, тем более утонченный материал требуется для ее проводника.

Восточная психология ясно различает чистое, сверхличное мышление от мышления, проникнутого астральным или личным началом; последнее имеет своим орудием низший земной разум, наш трехмерный эвклидов ум; первое проявляется через высший разум, главный признак которого – сверхличность и отсутствие астральных примесей.

II

Западный спиритуализм утверждает, что мысль родится от духа; вульгарные материалисты уверены, что мысль есть продукт ощущения. Восточная психология объединяет оба воззрения и утверждает, что для возникновения мысли необходим Мыслитель, способный мыслить, и необходимо ощущение, вызывающее мысль. Без ощущений, вызываемых объектами внешнего мира, Мыслитель или бессмертное Я человека осталось бы бездеятельным; оно нуждается в ощущениях как в стимулах для своей внутренней работы, но самая способность строить мысль, способность создавать связующие звенья между представлениями принадлежит Мыслителю. Без него ощущения не могли бы вызвать мысли.

Возникновение мысли происходит таким образом: световые вибрации, исходящие от какого-либо предмета, действуют на сетчатую оболочку глаза и оставляют на ней изображение предмета; глазной нерв передает это изображение мозгу, мозг вибрирует и вызывает определенные вибрации в высших проводниках человека – астральном и ментальном. Вибрации ментального проводника призывают внимание Мыслителя; последний создает представление и передает его ментальному проводнику, который, в свою очередь, направляет его к астральному, а тот вызывает вибрации в эфирном мозге человека. И только после этого мысль передается серому веществу мозга как осознанное представление.

Позитивная наука занималась до сих пор исследованием работы сознания только в связи с физическим мозгом, совершенно упуская из виду весь сверхфизический процесс мысли. Но в последние годы в среде ученых возникают попытки расширить поле своих наблюдений и перенести их на невидимый сверхфизический мир. Так, в Лондоне д-р Гукер пытается уловить на чрезвычайно чувствительном экране изменение цветов в невидимой для физического глаза человеческой ауре. Парижский ученый, д-р Барадюк, долгое время работал над фиксированием невидимых глазу предметов на фотографических пластинках; при этом он исходил из мысли, что невидимые при солнечном освещении ультрафиолетовые лучи, идущие от предметов, должны действовать в темноте на чрезвычайно чувствительную пластинку. Таким путем ему удалось подтвердить показания ясновидящих: появлявшиеся на светочувствительных пластинках изображения предметов были совершенно сходны с тем, что описывали ясновидящие, но что не было видно остальным присутствующим.

Барадюк пробовал фиксировать на фотографических пластинках и мыслеобразы; он усиленно и сосредоточенно думал об определенном предмете и созданный мыслеобраз закреплял на пластинке. Такое закрепление, по его мнению, может происходить от того, что созданный умом образ материализуется и действует химически на слои серебра, которыми покрыта пластинка.

Среди моих личных знакомых есть одна особа, крайне чувствительная к тонким вибрациям мысли. В детстве она устраивала нечто вроде игры, предлагая своим подругам думать о какой-либо вещи, глядя пристально на блестящую поверхность печного изразца. Через некоторое время на изразце появлялось изображение задуманного предмета, который был видим для нее одной, но не в виде обыкновенного рисунка, а каким-то особенным способом, которого она не могла описать.

Наряду с опытами Барадюка большой интерес представляют работы русского доктора Котика, а также фотографирование мыслей майора Дорже, сделавшего недавно доклад в Париже относительно своих опытов фиксации мыслеобразов на фотопластинках. Он попробовал мысленно отпечатать на пластинке, опущенной в проявитель, определенный предмет – спустя четверть часа предмет оказался запечатленным.

Не менее интересны опыты д-ра Кильнера с человеческой аурой. Он стремился увидеть человеческую ауру иными способами, чем барон Рейхенбах<<*2>>; последний обострял свое зрение продолжительным пребыванием в темноте, после чего начинал видеть такие явления, которые при нормальных условиях совершенно ускользают от человеческого зрения: например, светящиеся излучения, идущие от магнита. Д-р Кильнер изобрел аппарат, состоящий из двойного стеклянного экрана, разделенного внутри на плоские отделения, в которых заключены растворы дицианина и карминных красок.

Посмотрев через этот экран на сильный свет – при определенных условиях – в течение одной минуты, он после этого был в состоянии в большинстве случаев видеть человеческую ауру; то, что он видел, вполне совпадало с утверждениями ясновидящих. Интересно при этом, что д-р Кильнер, не желающий считаться с оккультизмом, с древности владевшим точным знанием различных видов сложной человеческой ауры, окружающей все три невидимые тела человека: эфирное, астральное и ментальное, – смешивает явления этих аур, и поэтому его описания очень сбивчивы для оккультиста, да и его самого приводят в большое недоумение размеры и консистенции аур у наблюдаемых субъектов. Примечательно, что д-р Кильнер, благодаря своим продолжительным упражнениям и усилиям, развил в себе внутреннее зрение, или ясновидение, совершенно не подозревая об этом. Интересующиеся его работами могут прочитать об этом подробнее в его книге “The human Atmosphere or the Aura made visible by the aid of chemical Screens”.

III

Приведенные работы ученых представляют собой тот мост, который наука начинает строить между физическим феноменальным миром и миром невидимым. Учения теософии, которые можно по справедливости назвать авангардом человеческой мысли, давно уже перебросили этот мост и кажущуюся пустоту невидимых миров превратили для нашего сознания в населенные области, в которых наши собственные мысли играют чрезвычайно важную роль.

Мы покрываем земную поверхность предметами нашего творчества и в то же время засеваем невидимые поля сверхфизических миров посевом, жатву с которого мы же сами и будем собирать. Жатва эта не исчерпывается ближайшими последствиями в виде светлого и доброго или мрачного и подавленного колорита переживаемой эпохи; кроме этих осязаемых последствий в сверхфизических мирах созревают невидимые плоды, полные огромного значения для ближайшего будущего народов. Они порождаются теми бесчисленными вибрациями злобы, зависти, страха и отчаяния, которые несутся от смятенного человечества в невидимый астральный мир и там порождают условия, которые отзываются всевозможными бедствиями на земле.

Между физическим миром и миром невидимым происходит постоянный круговорот. На почве физической нечистоты возникают заразные болезни, на почве нечистоты внутренней – душевная неустойчивость, расшатанность нервной системы, тоска, сумасшествие, отвращение к жизни, эпидемия самоубийств.

Как же выйти из этого заколдованного круга? На этот вопрос один ответ: необходимо в этот невидимый мир наших мыслей и эмоций внести сознательную культуру, и эта задача посильна для каждого в отдельности человека.

Материальная культура – дело общества и государства, тогда как нравственная культура – задача индивидуальная, но последствия этой индивидуальной работы, состоящей из очищения наших мыслей и эмоций и водворения правды в наш внутренний мир, отзовутся не на нас одних, а на характере всего невидимого мира. Внутренняя культура каждой души очищает духовную атмосферу, как озон очищает атмосферу физическую.

IV

Прежде чем перейти к методам внутренней культуры, отметим несколькими словами разницу между теми мыслями, которые мы творим сами, и теми, которые мы заимствуем из окружающего нас океана мыслеобразов.

Когда мы идем, мы прокладываем свой путь сквозь невидимые стены неопределенных мыслеобразов, оставляемых за собой каждым проходящим, наподобие невидимого “хвоста”. Если дух наш не занят и мы не умеем ограждать себя, эти блуждающие обрывки чужих мыслей могут засорять наш ум бесполезными, а иногда и просто вредными влияниями. Лучшее средство для ограждения своего ума от таких непрошеных вибраций – привычка к чистому и благородному мышлению, потому что подобное мышление заставляет ум вырабатывать такие вибрации, которые по самой своей природе неспособны отвечать на случайные грубые обрывки мыслей, носящихся вокруг нас. Хорошо приучить себя в толпе, во время прогулки, в часы, когда ум не занят определенной работой, повторять внутренне любимые изречения, отрывки из хороших стихотворений или же фиксировать свой ум на каком-либо художественном произведении, античной статуе или прекрасной картине.

Пифагорейцы имели привычку, идя в толпу, произносить мысленно то или иное стихотворение. Это правило было основано на оккультном знании процессов мышления. Кроме того, нужно стараться быть как можно больше в хорошем обществе, будь это общество знакомых, друзей или общение с хорошей книгой. Каждый из нас, наверное, испытывал, в каком чистом и возвышенном настроении мы бываем после продолжительного пребывания в обществе очень цельного и благородного человека. Таково же и влияние вдохновенной книги. Это магическое влияние духовной красоты и силы мы все испытывали, хотя бы в виде редких благословенных минут.

“Человек становится тем, о чем он думает” – гласит древнее восточное изречение. Это изречение основано на знании природы мысли. У профессора Друммонда в книге “Естественный закон в духовном мире” есть прекрасная глава об уподоблении. Автор рассказывает о девушке, поразившей его необыкновенной духовной красотой. Узнав ее ближе, он убедился, что она внутренне постоянно была сосредоточена на образе Христа и всегда стремилась подражать Ему. Эта тихая, неустанная внутренняя работа постепенно превращала ум и характер девушки в подобие ее высокого идеала.

Но это должна быть настоящая работа, серьезная, глубокая, последовательная, проникающая во все подробности обыденной жизни. Мы все воспламеняемся время от времени красотой героических характеров и духовно совершенных праведников, но вслед за тем позволяем себе вновь совершенно беспечно и раздражаться, и осуждать, и совершать несправедливости. И оправдываем свою слабость тем, что мы “не святые”, что “все так делают”, или тем, что наша индивидуальность требует “ярких проявлений” и т.п. Но все эти малодушные самооправдания отпадают сами собой, когда человек начинает понимать оккультную сторону своей человеческой природы, ее божественное происхождение, ее скрытую безграничную силу, которая действительно сможет “сдвинуть горы”, когда он узнает эту силу и уверует в нее до конца. Тогда он уже не остановится перед трудной, подчас очень утомительной борьбой со своими недостатками и слабостями, перед неустанным, напряженным трудом по перестройке своего характера, своих мыслей, чувств и эмоций, всей архитектуры своего внутреннего мира.

Конечно, эта работа под силу взрослой душе, слабый духом человек на нее не способен, потому что вся тайна достижения сводится к тому, кто окажется победителем: низшая природа над высшей, или высшее Я над низшим, над своим ограниченным, страстным, малым разумом.

Для человека нашего времени и нашей культуры такая победа очень трудна, но не потому, что она требует гигантских усилий или необычайной силы воли, а потому, что она требует очень большой выдержки и очень большого терпения, т.е. как раз тех свойств, которые так редко развиваются в нашей лихорадочно спешащей, устремленной на исключительно одно внешнее европейской культуре.

Один из самых красивых символов душевной силы принадлежит древним индусам: победитель своих страстей, с гордо поднятой головой, стоит на колеснице, спокойно и уверенно держит он поводья, и покорно несут его укрощенные кони с быстротою ветра – если он захочет того – или же останавливаются как вкопанные по легкому мановению его руки. “Даже боги завидуют тому, чьи обузданы страсти, как кони, укрощенные возницей” – говорится по этому поводу в священной книге Востока “Дхаммападе” (94 стих).

В этом образе выражена истинная сила, власть не над другими, а над собой, и кто в состоянии увлечься таким идеалом, тому не следует бояться трудностей внутренней работы над собой. Нужно только верить в себя, и тогда силы появятся; кроме того, не следует забывать, что все усилия нашего высшего Я сохраняются навсегда, всякая победа сверхличного над личным является в полном смысле работой для вечности. Когда знаешь это, является совершенно новый источник вдохновения, из которого можно черпать столько силы, что становится возможным и то, что до тех пор казалось недосягаемым.

Такая работа над собой есть путь к Святости, к Богочеловечеству, и она доступна всем, кто полюбил внутреннюю красоту человека. Я не могу останавливаться на методах этого пути, подробно разработанных в теософической литературе, особенно в прекрасных книгах А. Безант. Интересующимся этим вопросом я могу указать на ее статьи и книги, имеющиеся в русском переводе: “Законы Высшей Жизни” (“Вестник Теософии”, 1908 г.), “В Преддверии Храма”, “”Путь Ученичества”, “Сила мысли” печатается в “Вестнике Теософии” в этом году (1912 г. – ред.). Мне хотелось только указать на первоначальные шаги в этом направлении, на ту работу мысли, с которой следует начинать.

Прежде всего, необходимо добиться сосредоточения.

Если мы попробуем, с часами в руках, остановить свою мысль на одном каком-либо предмете, мы тотчас же убедимся, что это чрезвычайно трудно: мысль убегает и не подчиняется нашей воле. Необходимо подчинить ее. Это достигается постоянным вниманием и управлением. Очень полезно ежедневно в определенные часы упражняться в сосредоточении, попеременно, то на отвлеченной мысли, то на каком-либо свойстве характера. Но помимо таких определенных минут следует и весь остальной день упражняться в сосредоточенности; мы делаем множество вещей небрежно, механически, думая совсем о другом, часто о десяти вещах сразу; от этого нужно избавляться и делать каждое дело сознательно, устремляя на него свое внутреннее внимание, и не позволять себе отвлекаться от него. Такое отношение к повседневным задачам помогает развитию сосредоточенности.

Сюда же относятся и все наши досуги: когда мы гуляем или едем в экипаже, когда мы ходим по городским улицам, мозг наш продолжает механически вибрировать по большей части чужими мыслями, и эта его работа не только бесполезна, но даже вредна. Во-первых, потому, что без всякого смысла для нас заставляет работать мозг, бессмысленно изнашивая его, и, во-вторых, потому, что своими механическими вибрациями заслоняет от нашего внимания множество явлений. Нужно приучить себя во время отдыха и во время передвижения раскрываться для внешних впечатлений, устремлять свое сознание изнутри наружу и наблюдать последовательно, точно и внимательно. Такая привычка содействует очень сильно развитию наблюдательности.

Следующая ступень – медитация, углубленное размышление над определенной мыслью. Вот как г-жа Безант советует пользоваться силой мысли в этом направлении: “Размышляя над своим характером, постарайтесь найти его слабую сторону. Затем найдите противоположное положительное качество, антитезу вашей слабости. Предположим, что вы страдаете от постоянной раздражительности; изберите для медитации невозмутимое терпение. И затем ежедневно, каждое утро, прежде чем начинать свои обыденные занятия, сосредоточьте свои мысли в течение трех-пяти минут на терпении, на всем значении этого свойства, на его ценности, на том, как оно должно проявляться в тяжелые минуты; представляйте последовательно, день за днем, различные моменты, когда терпение может подвергнуться большому испытанию, рисуйте себя самого как можно реальнее сохраняющим во всех этих положениях безукоризненное терпение и завершите эту внутреннюю работу твердым решением: совершенное терпение есть свойство моего высшего Я, и я не буду изменять ему в течение всего этого дня.

Возможно, что в продолжение нескольких дней вы не почувствуете никакого изменения; вы будете по-прежнему проявлять раздражительность. Но смущаться этим не следует. Настойчиво продолжайте ту же внутреннюю работу, и вы скоро заметите, что вслед за порывом раздражения в высшем сознании начинает сама собой вспыхивать мысль: “следовало быть терпеливее”. Еще несколько дней, и мысль о терпении начнет возникать совместно с порывом раздражения, и тогда внешнее его проявление будет своевременно задержано. Если продолжать то же упражнение и дальше, вы увидите, что порывы раздражительности будут становиться все слабее и слабее и кончится тем, что терпеливое отношение к невзгодам жизни станет вашим обычным настроением”.

Этот опыт может проделать каждый, желающий проверить закон, по которому характер человека строится по линиям его мысли. А раз это будет доказано, в воле каждого воспользоваться этим законом и, воспитывая в себе описанным путем одно за другим желательные свойства, построить характер идеальной красоты Силою Мысли.

Каждый человек живет, окруженный мыслеобразами, созданными им же самим; он смотрит на мир сквозь эту созданную им среду, и поэтому естественно, что мир представляется ему окрашенным тем цветом, который преобладает в окружающих его мыслеобразах. И до тех пор, пока человек не научится относиться со строгим контролем к своим собственным мыслям и эмоциям, он никогда не увидит вещи такими, каковы они в действительности, а лишь в том виде, в каком они отражаются в тех мыслеобразах, которые носятся вокруг него.

Так называемое мрачное настроение, отравляющее не только жизнь самого человека, но и жизнь окружающих, не есть что-то роковое, неотразимое, заключенное в самих свойствах его природы; это продукт его мысли, того, как он мыслит. Стоит ему заменить свои темные мысли более справедливыми, доверчивыми и терпимыми, как все окружающие его мыслеобразы просветлеют, и сквозь эту более светлую среду весь внешний мир покажется ему несравненно привлекательнее.

(продолжение в следующем номере)

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


*