ДНЯНДЭВА И ИНЫЕ СВЯТЫЕ МАХАРАШТРЫ (ФЕВРАЛЬ’ 21)

 

 

Одним из великих вишнуитских последователей пути преданности, умеряемой мудростью, стал Дняндэва[400] (1275–1296). Он был вторым ребенком из четырех, что родились в благочестивой, но бедной брахманской семье, которая жила в селении Аланди близ Пуны, что в Махараштре — земле, прославившейся многими святыми и мудрецами. Его старший брат Нивриттинатх был учеником Гахининатха. принадлежавшего к традиции Горакханатха (санскр. Горакшанатх), великого наставника хатха-йоги и маха- cиддхи. Посвящение он получил еще в нежном возрасте, семи лет отроду, и в свою очередь ввел в круг посвященных Дняндэва, когда тот был еще достаточно юн, как раз накануне его пятнадцатилетия.

Именно в пятнадцать лег Дняндэва и сочинил на языке маратхи в честь своего гуру и брата Нивриттинатха свой знаменитый поэтический комментарий на Бхагавадгиту, который столь высоко ценится за глубину мысли и изящность слота. Этот обширный комментарий, состоящий примерно из девяти тысяч строк, сам изливался из его уст глава за главой и лишь затем был записан. У него два названия: Бхава-артха-дипика («Светоч знаний», пишется Бхавартхадипика) и, более простое, Днянешвари (от слов дняна, или «мудрость», и ишвари, или «Владычица»), Друг и ученик Дняндэва, Намдэв из Пандхарпура, автор многих религиозных сочинений, говорил о Днянешвари как о «волне брахманского блаженства». 

По воле своего брата-гуру он также написал Амрита-анубхаву («Нектар познания», пишется Амританубхава), труд, который считают величайшим философским произведением на языке маратхи. Другое сочинение — Чангадэва-пасашти («65 стихов-ови в адрес Чангадэвы») — было написано в жанре назидательной поэмы для йогина Чангадэвы, который кичился своими магическими способностями, но обрел смирение, сидя у ног Дняндэва. Кроме этого, имеется около девяти тысяч религиозных гимнов (абханга), приписываемых Дняндэве.

Дняндэва был не только осуществившимся наставником и поэтическим гением, но также и чудотворцем, который, по преданию, между прочим научил буйвола читать стихи из Ригведы и вернул к жизни святого Саччидананду Бабу. Впрочем, подобное умение ничего не значило для него в сравнении с его любовью к Божественному и своему учителю. Всего лишь в возрасте двадцати одного года он заживо похоронил себя, чтобы покинуть этот мир, будучи погруженным в глубокое созерцание. Место его самадхи в Аланди продолжает привлекать паломников.

Его Днянешвари (6.192–317), помимо прочего, содержит замечательное описание процесса кундалини согласно представлениям раннего натхизма. Для него пробуждение этой чудесной силы, заключенной в человеческое тело, было тесно связано с гуру-йогой — духовной дисциплиной почитания учителя как воплощения Божественного. Он начинает пятнадцатую главу следующими словами:

А ныне я установлю стопы моего гуру

на жертвеннике своего сердца. (1)

Собрав свои чувства подобно лепесткам в сложенные длани опыта единения с Высшим, я приношу целую

горсть их к его стопам. (2)

Философия Дняндэвы покоилась на его глубоком личном духовном познании. Он отвергал майя-ваду Шанкары (где объективная реальность считалась иллюзорной), и вместо этого проповедывал, что представление о явленности мира вследствие неведения (авидья) само иллюзорно. Напротив, утверждает он, мир есть игра божественных сил, и его причиной является не что иное, как сам Всевышний. Вместо простого наваждения, вводящего в заблуждение людей, вселенная оказывается выражением божественной любви. Равным образом и индивидуальная душа (джива), не является, как на этом настаивает Шанкара, «простым призраком», а предстает необходимым проявлением конечной Реальности, которая испытывает наслаждение, любуясь на себя в зеркало творения. Следовательно, для Дняндэва цель человеческой жизни состоит не в освобождении — в смысле бегства от просто воображаемого мира, но в ежесекундном познании присутствия Божественного в нашем теле-уме и как само тело-ум.

Другим прославленным святым из Махараштры был Экнатх (1533 или 1548–1599), который в раннем возрасте осиротел и воспитывался у деда. В двенадцать лет, повинуясь внутреннему зову, он тайком покидает свой дом, чтобы стать учеником Дзанарданы Свамина, у которого он прожил шесть лет. Позже он женился, но поддерживал со своей женой скорее формальные отношения и настаивал на том, что следует сторониться всяких женщин. Он был человеком огромного самообладания и терпения и обладал обостренным чувством справедливости, считая всех людей равными. Он оставил после себя огромное духовное литературное наследие, включая комментарии на одиннадцатую главу Бхагавата-пураны и на первые сорок четыре главы Рамаяны, а также многочисленные религиозные гимны.

Экнатх был истинным бхактом, который проливал слезы радости в состоянии экстатического единения с Возлюбленной. В одной из своих абханг он говорит об открытии «высшего зрения» (eye of the eye) и всем своем естестве, наделенным подобным зрением. Его любовь к Божественному неотделима от его любви к своему гуру, и во всех своих хвалебных песнях он соединяет свое собственное имя с именем Дзанарданы, прославляя вечный союз между ними. Для него — мудреца, познавшего Бога, — все различия между почитателем и почитаемым исчезли. Осталось лишь одно Единое.

В семнадцатом веке движение бхакти в Махараштре породило фигуру святого Тукарама (1598?- 1650?), который был родом из семьи мелкого торговца. Ему пришлось испытать все невзгоды, за что он, однако, благодарил судьбу, поскольку это приучило его к смирению и открыло доступ к Божественному. По одному из традиционных преданий он вознесся на небо подобно Христу.

Огромное влияние на него оказал Дняндэва, но в самом творчестве больше проявился эмоциональный дух Намдэва, что заметно отразилось на многих его популярных абхангах. Его вдохновенные поэтические создания были) всех на устах, но сам успех среди обычных людей наполнял сердца местной интеллигенции завистью. Один из его врагов зашел в этом так далеко, что выбросил все его абханги в реку. Потрясенный таким варварским поступком, Тука-рам обязал себя к строгому посту, чтобы непосредственно от Возлюбленного узнать, следует ли ем отказаться от дальнейшего сочинения песен. После тринадцати дней воздержания и от пищи и воды ему было даровано благословение. Однако и в деревне его преследовали несчастья. Один из его недругов даже облил его кипятком, что причинило Тукараму великое страдание, но не отвратило от следования прощению и терпению. Как и должно было случиться, вскоре того человека постигла неизлечимая и мучительная болезнь. В конце концов ему пришлось обратиться за помощью к Тукараму, которая немедленно была оказана. Святой сочинил особую абхангу для грешника, которая тотчас излечила его.

Тукарам соблюдал только два обета: пост в день экадаши и постоянное прославление Бога. Тукарам, живший в смутное время, призывал своих учеников быть отважными воинами на духовном поле брани. У него было много учеников, которые прославились своим собственным духовным познанием и литературным творчеством.

Еще один знаменитый святой из Махараштры — Рамадас[401] (1608–1681), который двенадцать лет упражнялся в суровой аскезе, прежде чем ему сподобилось лицезреть желанный лик Рамы. У него было много учеников, включая царя Шиваджи (1630–1680; основатель независимой державы маратхов), который донес традицию бхакти до восемнадцатого века.

Источник:https://fil.wikireading.ru/39153

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


*